Недель через шесть я понял, что дело это безнадежное. Никто никогда не слышал о моей девушке, и уж тем более – не видел ее. Она приходила в этот двор три ночи подряд двадцать четыре года тому назад. Она вытирала лица умирающих солдат, утешала и успокаивала их. Она прикасалась к их ранам, и все они выжили, все до одного. Возможно, она была наделена редчайшим даром излечивать человека одним прикосновением. А потом исчезла столь же таинственно, как появилась, и никогда уже не появится больше. Я от души желал ей добра и счастья, кем бы там она ни была, но знал, чувствовал, что мне ее никогда не найти.
– Но вы же сказали, что нашли, – заметил американец.
– Я сказал «в каком-то смысле», – поправил его хирург. – Я уже собирался уезжать, но вдруг решил последний раз попытать счастья. В городе выходили две газеты: «Курьер ди Сиена» и «Ла Газетта ди Сиена». В каждой из них я напечатал объявление на четверть странички. Прилагался даже рисунок. Я изобразил крест, что был на ее одеянии, внизу прилагался текст с описанием девушки. В нем также предлагалось вознаграждение за любую информацию относительно этого странного рисунка. Газеты вышли в то утро, когда я уже собирался уезжать.
Я находился в номере и складывал вещи, как вдруг мне позвонили снизу, из холла, и сообщили, что меня хочет видеть какой-то человек. Я спустился вниз с чемоданами. Такси должно было приехать через час. Но я так и не воспользовался этой машиной и опоздал на свой рейс. Внизу меня ждал маленький сухонький старичок с серебристым пушком волос на голове и в монашеском одеянии. На нем была темно-серая ряса, перехваченная в талии веревкой, на ногах сандалии. В руке он держал газету, открытую на странице с моим объявлением. Мы прошли с ним в кафе при гостинице и сели за столик. Он говорил по-английски.