Хозяин не раз слышал и читал о Куинне, а накануне вечером сделал несколько звонков и осторожно навел кое-какие справки. Он хорошо понимал, что был намерен сделать Куинн, и знал о том, что его считают человеком решительным и даже безжалостным. С теми, кто разозлит его или каким-то образом обманет, он мог быть грозным.

Куинн удобно расположился в кресле, и его голубые глаза, казалось, танцевали, когда он вместе с владельцем верфи просматривал чертежи. Хозяина верфи звали Тем Хэккер. В офисе присутствовали оба его сына, которые подробно объясняли Куинну то, что изображено на чертежах. Оба молодых человека несли ответственность за этот проект и не без основания гордились этим. Судя по всему, яхта должна представлять собой захватывающее зрелище, и Куинн, слушая их, проникся еще большим уважением к гениальности Боба Рамзи. Казалось, эта гигантская яхта имела почти все, что ему хотелось бы иметь. У Куинна были дополнительные соображения, и по ходу разговора он вносил предложения, которые, в свою очередь, впечатляли младших Хэккеров и их отца. Идеи Куинна были технического характера и усовершенствовали изначальную концепцию Рамзи.

— Он сошел с ума, если хочет расстаться с этой лодкой, — заявил Куинн, еще раз просматривая вместе с ними чертежи. Ему не терпелось увидеть яхту.

— Мы строим Рамзи судно длиной двести пятьдесят футов, — с гордостью заявил Хэккер.

Но та, которую они обсуждали, казалась Куинну достаточного размера. Большего он не хотел. Это было то, что ему надо.

— Наверное, он будет доволен, — сказал Куинн и попросил показать ему недостроенную яхту, которую Рамзи собирался продать. Увидев ее, Куинн замер в благоговении и присвистнул. Даже корпус яхты показался ему прекрасным. Крупные секции судна были уже закончены. Главная мачта высотой сто девяносто футов должна была нести парус площадью восемнадцать тысяч квадратных футов.